Может ли хозяин быть уверен в своём праве на землю или его надо отстаивать силой?

Главная → Новости → Криминал -> Может ли хозяин быть уверен в своём праве на землю или его надо отстаивать силой?

Безвластие на местах приводит к тому , что уже и в вопросах недвижимости и прав на землю решать начинает толпа а не закон. Кто сильнее и громче кричит тот и будет прав.

Жээналы Омуралиев — один из участников митинга, прошедшего в селе Кызыл–Суу в середине января, в настоящий момент находится на лечении в Национальном госпитале в Бишкеке. Травмы (в том числе и головы), заставившие иссыккульца обратиться к столичным докторам, были получены в результате митинговых разборок. Омуралиев рассказал “Вечерке” свою версию происходившего на митинге и после него.
О “мирном митинге” со стрельбой, случившемся 16 января в селе Кызыл–Суу Иссык–Кульской области, сообщалось в “ВБ” за 20 января.
Тогда возле здания районной госадминистрации собрались жители села Жалгыз–Орук и нескольких других населенных пунктов Джети–Огузского района для встречи с депутатом Жогорку Кенеша Эркингуль Иманкожоевой и руководством области обсуждались вопросы незаконного распределения земли и снятия с должностей некоторых чиновников местного самоуправления.
Мирной акция не получилась, поскольку вскоре на месте ее проведения появились участники так называемого антимитинга. Оппонирующие стороны устроили потасовку.
А по окончании “официальной части”, то есть после того, как толпа разошлась, группа людей, недовольных “сорванным мероприятием”, отправилась к дому Жээналы Омуралиева, чтобы разобраться с ним как с организатором антимитинга. Результатом разборок стали стрельба из ружья и избиение хозяина дома.
У Жээналы Омуралиева свое видение происшедшего 16 января. Уже вторую неделю он в Национальном госпитале. Полинявший синяк под глазом и забинтованная голова красочно подтверждают слова Омуралиева о том, что в больницу он попал благодаря тому самому кызыл–сууйскому митингу. Почему приехал лечиться именно в Бишкек, объясняет просто.
— После драки я сознание потерял, и меня сначала в районную больницу повезли. Там наложили швы, привели в чувство и хотели оставить, но друзья сказали, что к больнице подъехали три машины явно по мою душу, — рассказывает Жээналы Омуралиев. — Повезли было в областную больницу, так и туда эти машины отправились. Я решил, что так мне не дадут спокойно пролечиться, и поехал в Бишкек.
В столичной больнице Омуралиев намерен оставаться до окончательного излечения: шутка ли — быть избитым толпой.

Гектары раздора
Одной из причин, побудивших ряд джетиогузцев собраться на митинг, была земля. Вернее, уверенность людей в ее незаконном распределении. В числе спорных территорий, называемых митингующими, упоминались и 6 гектаров, принадлежащих в настоящий момент Жээналы Омуралиеву.
— О том, что намечаются встреча с депутатом ЖК Иманкожоевой и митинг, мне сказали накануне, как и о том, что там будет подниматься вопрос о земле, — рассказывает Омуралиев.
Жээналы, узнав о предстоящей акции, поделился полученной информацией со своими друзьями. Их же он попросил пойти вместе с ним на митинг, где намеревался выступить в защиту своих прав на землю.
В 1996 году колхоз “Коммунизм” подобно другим коллективным хозяйствам разделил землю. Распределяли по принципу — гектар на человека. Многочисленная семья Жээналы Омуралиева получила 12 га. Причем половина этой земли оказалась на берегу озера.
— Мои братья разъехались кто куда, а жить и работать на земле досталось мне. (Омуралиев является председателем крестьянского хозяйства “Гульчоро” и занимается выращиванием зерновых, а также овощей. — Авт.)Тот участок, что вблизи озера, просто непригоден для сельскохозяйственного использования. Далеко от села, за ним сложно присматривать, там в основном песок и воды поливной нет, потому я даже не пытался ее обрабатывать.
Впрочем, по словам Жээналы, в 2003 году появилась альтернатива. Омуралиева пригласили в сельскую контору и предложили поменять землю у озера на такой же по размеру участок возле сельского кладбища. Крестьянин согласился на этот обмен и в течение двух лет осваивал эту территорию.
— Там такие ямы были — КамАЗ въезжает в них, и его не видно. Участок пришлось ровнять, — вспоминает Омуралиев. — Сразу же сеять было бесполезно. Я завозил чернозем, сделал там дорогу. Первый небольшой урожай я снял в 2005 году.
До апреля 2010 года вопрос принадлежности этой земли никого не волновал. Но после революции все изменилось. Некоторые жители села стали настаивать на том, что, дескать, участок Омуралиева находится на территории, отведенной под жилое строительство. По словам Жээналы, ему приходилось неоднократно доказывать землякам свою правоту, в том числе и на основании генплана села, в котором указано, что спорный участок относится к землям сельскохозяйственного назначения.
Встреча с депутатом Эркингуль Иманкожоевой и митинг, по мнению Омуралиева, были финальной попыткой забрать у него землю. И для того, чтобы сделать это, его организаторы пошли на очень даже рискованный шаг.
— Они подготовились так: все документы по моей земле, которые хранились в архиве Госрегистра, как–то изъяли и уничтожили. Совершить такое, — предполагает Жээналы, — землякам–оппонентам помогли родственные связи. Но у меня есть полный пакет документов, включая все постановления, которые выходили по этому поводу. Я им даже показал все на митинге, но они сказали, что это подделка.
Появление депутата Иманкожоевой в селе (которая, кстати, тоже родом из Джети–Огузского района), уверен Омуралиев, было совершенно не случайным. Мужчина убежден, что у народной избранницы в этом деле есть личный интерес: желание поставить своих людей на ключевые руководящие посты района.

Фаза излишне активных действий
Что именно стало причиной конфликта, возникшего между участниками митинга и их противниками, окончательно определить пока так и не удается. Организаторы мирной акции уверяют: ситуацию взорвал бросок камнем в кого–то из конных участников действа. Жээналы Омуралиев со своей стороны говорит, что митингующие были пьяны и вели себя очень агрессивно, а верховые даже пытались топтать людей лошадьми.
Как бы то ни было, но развиться конфликту не позволили, и народ стал расходиться. По рассказу Омуралиева, в тот момент, когда он покидал место проведения акции, там оставались только нардеп, организаторы митинга и его участники. О чем–то беседовали.
— Домой оттуда я приехал около двух часов, — вспоминает Жээналы. — Машину поставил возле своего дома, а сам зашел к маме, она живет по соседству. Там были жена и дети, они все ждали меня, чтобы сесть обедать. Я только сел, чаю выпил, и вдруг жена говорит, что возле нашего дома стоит толпа людей и вызывают меня.
Когда мужчина вышел из дома матери, нежданные гости перешли от криков к активным действиям: пытались разбить машину, выбивали стекла в окнах дома и бани, вытаскивали рамы.
Жээналы Омуралиев предложил им вместо того, чтобы все ломать и крушить, выйти со двора и пообщаться за его пределами. “Но они сказали: “Мы здесь тебя убьем”, — утверждает Жээналы.
По словам Омуралиева, главными в этой толпе были его соседи, не имеющие постоянной работы и предпочитающие ей спиртное. Старший из них, Бакыт, первым кинулся с кулаками на Жээналы, затем к нему присоединились остальные. Однако фермер вырвался, вошел в дом, взял из сейфа охотничье ружье и зарядил. Выйдя на крыльцо, он сделал предупредительный выстрел в воздух, однако это не испугало пьяную толпу.
— Я понял, что оружие не разгонит их. Только до беды доведет, — Жээналы Омуралиев вернулся в дом и надежно спрятал ружье в подвале под замок. Пятерых своих детей закрыл в одной из комнат, опасаясь нападения на них.
Тем временем толпа прорвалась уже на веранду, и снова завязалась драка. Били Омуралиева основательно, используя, как он сам говорит, “киношные” приемы: сначала один из нападавших приложил его арматурой по голове, чтобы свалить с ног, а затем нападающие разбегались и прыгали на него, пытались ломать спину через колено, пинали по голове сапогами. Оставили в покое, лишь когда Жээналы был уже без сознания и избивающие решили, что он мертв.
— Знаете, что интересно, я ведь, когда толпу возле дома увидел, то сразу же позвонил в Джети–Огузский РОВД. Разговаривал с самим начальником милиции Калысом Джудеевым. Сказал ему, чтобы он высылал людей. А машина с милиционерами появилась только сорок минут спустя, когда меня уже избили и пошли в дом брата, который живет ниже по улице. Только тогда они толпу остановили, — возмущается Жээналы Омуралиев. — А ведь от Кызыл–Суу до нашего села ехать всего пять минут.
Кстати, по сведениям Омуралиева, уголовное дело в отношении нападавших завели по статье “Хулиганство”. Это в немалой степени удивляет его как пострадавшего, и он считает, что те, кто избивал 16 января его в собственном доме, просто пригрозили милиции очередным бунтом, в случае если кого–то из них посадят.

Александра ВАСИЛЬКОВА 31 01 2012 г.